На главную страницу

Живой факт 7

Я такого не желал, чтобы русские солдаты с боями лезли в Европу. Я хотел договоренности, чтобы Сталин и Гитлер согласились и примирились. Надо человека обозленного умело просить и умолять, надо договориться между собою этого в Природе не делать. А мы без вооружения жить не можем. Но вожаки народов не хотели уважить друг друга.

Меня попросили безвинные люди из Красного Сулина, которые не хотели продолжения войны, чтобы я поехал в Москву к Сталину и предложил ему такой мир заключить. Но до Казанского вокзала я не доехал, меня определили в институт им. Сербского. А там академик Введенский, он выявил Меня за мою небывалую способность. Я сознательно перед ним свое тело, как закаленное, держал. Одно время меня, как ходящего по снегу босиком и по такому холоду, в нетопленных палатках держали. Я у него терпел без всякой самозащитной рубашки. А вы знаете, как холодно живому телу?

Я сказал Введенскому, что надо внести предложение за мир, и что Я приехал в Москву не лечиться и не испытываться кем-то, а лично говорить со Сталиным по части мира.

Я просил академика, чтобы он в этом деле оказался помощник и взял на себя смелость, как психиатр, светило Советского Союза, обратиться к Сталину с таким предложением: сделать не победу над врагом, а заключить дружбу и все простить тому, кто эту войну начал. Знаете, что Введенский Николай Николаевич сказал? — «Меня тоже Сталин признает за это ненормальным и положит сюда».

Я был не на стороне Потсдамского соглашения. Мое одно есть решение: из врага сделать любимого друга.


Оставьте комментарий